«Черный Октябрь» 1993

 

     

Если после перестроечных и постперестроечных мифов и нужно было какое-то событие, которые выбило бы у человека разумного всякие иллюзии по поводу буржуазной демократии, парламентаризма и т.д., то им, безусловно, стал расстрел Верховного Совета РФ в октябре 1993-го. Как иллюзии по поводу сущности этой демократии, якобы отражающей волю избирателей, так и иллюзии по поводу парламентских партий, якобы способных эту демократию защитить или организовать трудящихся на ее защиту.

Начнем с юридической составляющей. Не потому, что для коммунистов это самое важное, а лишь для того, чтобы показать, насколько лицемерными являются все ссылки на нормы буржуазного государства, которые, якобы, что-то кому-то «гарантируют».

Трудно придумать большее лицемерие, чем ссылка защитников ельцинского переворота на итоги референдума 25 апреля 1993 года. Тем более что переворот готовился еще до его проведения. Первая попытка была произведена 20 марта провозглашением пресловутого ОПУСа (Особого порядка управления страной). Точнее, это было выступление по телевидению с оглашением указа (который, как позже выяснилось, так и не был подписан).

Депутаты резонно восприняли его как попытку государственного переворота, решив поставить вопрос об отречении президента от власти. Даже спустя 20 лет не могу забыть лица наших телеведущих – Светланы Сорокиной и Сергея Киселева, возмущенных поведением депутатов. Когда смотрел по телевизору Сорокину, даже страх закрался: такое было впечатление, что она выпрыгнет из телевизора и от злобы разорвет тебя на куски. Киселев долго вертел в руках «указ» и постоянно вопрошал: где же тут нарушение конституции, попытка переворота и т.д.? Нам преподносились фразы о повышении жизни народа и т.д. Все что угодно, только не суть: президент заявлял, что теперь все решения Верховного Совета будут приниматься только с его согласия. Учитывая, что по действовавшей тогда конституции Съезд народных депутатов был верховной властью в стране, как это можно было назвать иначе?

Решение о неконституционности отдельных положений указа было принято конституционным судом 23 марта 1993 г. В постановлении суда было сказано: «Заявление Президента о том, что в условиях особого порядка управления не имеют юридической силы любые решения органов и должностных лиц, которые направлены на отмену и приостановление указов и распоряжений Президента и постановлений Правительства, означает ограничение полномочий и органов представительной и судебной власти. Реализация данного положения делает невозможным осуществление Верховным Советом РФ части его контрольных функций, а Конституционным судом – ряда его полномочий по защите конституционного строя. Это ведет к отказу от закрепленного Конституцией верховенства закона, устанавливает приоритет указов Президента. Разрушается принцип разделения властей».

Короче говоря, Ельцин пытался ввести режим безграничной власти. Но попытка отрешения президента не прошла – не хватило 72 голосов. А если бы прошла? Трудно сказать, узнаем ли мы когда-нибудь всю правду. Но занавес приоткрыл бывший начальник службы безопасности президента А.В. Коржаков. По его словам 22 марта Ельцин вызвал руководителя главного управления охраны М.И. Барсукова, поручив тому разработать план переворота на случай, если импичмент состоится. План был представлен и утвержден:

«Суть его сводилась к выдворению депутатов сначала из зала заседаний, а затем уже из Кремля... После окончания работы счетной комиссии (если бы импичмент все-таки состоялся) по громкой связи, из кабины переводчиков офицеру с поставленным и решительным голосом предстояло зачитать текст Указа…

 

   

Если бы депутаты после оглашения текста отказались выполнить волю президента, им бы тут же отключили свет, воду, тепло, канализацию… На случай сидячих забастовок в темноте и холоде было предусмотрено “выкуривание” народных избранников из помещения.

На балконах решили расставить канистры с хлорпикрином – химическим веществом раздражающего действия. Это средство обычно применяют для проверки противогазов в камере окуривания. Окажись в противогазе хоть малюсенькая дырочка, испытатель выскакивает из помещения быстрее, чем пробка из бутылки с шампанским. Офицеры, занявшие места на балконах, готовы были по команде разлить раздражающее вещество, и, естественно, ни один избранник ни о какой забастовке уже бы не помышлял. Президенту “процедура окуривания” после возможной процедуры импичмента показалась вдвойне привлекательной...

Борис Николаевич утвердил план без колебаний». (Коржаков А.В., «Борис Ельцин: от рассвета до заката», цит. по Википедии).

Реализовывать план, правда, видоизмененный, Ельцин начал 21 сентября. Ссылаясь на результаты референдума. И что же там? Там 3-й вопрос звучал: «Считаете ли Вы необходимыми досрочные выборы президента Российской Федерации», 4-й: «Считаете ли Вы необходимыми досрочные выборы народных депутатов Российской Федерации». На 3-й вопрос утвердительно ответили 49,5%, на четвертый 67,2% от числа голосовавших.

Непринципиальным является вопрос о возможных фальсификациях, особенно по 3-му вопросу, где всего полпроцента не хватило для большинства. И даже, насколько демократично шел процесс агитации перед голосованием – а неравенство условий было потрясающим! Все телеканалы круглые сутки скандировали «да-да-нет-да» - формулу для голосования, отстаиваемую сторонниками Ельцина. Соответствующим был и эффект. Автор этих строк хорошо помнит атмосферу начала 1993 года, когда повсюду, в очередях, в транспорте, на работе и т.д. народ дружно проклинал Ельцина с его «реформами». Но вот началась промывка мозгов, и в апреле те же люди почти так же дружно возмущались «проклятым чеченцем Хасбулатовым», который «мешает проводить реформы». Отсюда и результаты. Но могут ли, даже если признать их законными, они быть основанием для ельцинского Указа № 1400 о разгоне депутатов Съезда Народных Депутатов?

1) В демократическом обществе на этот вопрос отвечает суд. Конституционный суд ответил: в соответствие с законом о референдуме для того, чтобы результаты имели конституционные последствия, «за» должно проголосовать более половины «От всех избирателей». Но от всех избирателей, за 4-й пункт проголосовало 49,5%.

2) На осуществление любых действий подобного рода нужны полномочия. Были ли таковые у ЕБН? Нет, разумеется, верховной властью по конституции был Съезд. Хуже того, конституция (статья 121-6) прямо предупреждала о противозаконности таких действий: «Полномочия Президента Российской Федерации не могут быть использованы для изменения национально-государственного устройства Российской Федерации, роспуска, либо приостановления деятельности любых законно избранных органов государственной власти, в противном случае они прекращаются немедленно». Т.е. с обнародованием этого указа Ельцин автоматически переставал быть президентом страны. Президиум Верховного Совета лишь констатировал этот факт. Правомочность этого решения было подтверждено решением Конституционного Суда.

3) В вопросе референдума не стоял вопрос о роспуске российского парламента, а только о досрочных выборах. Ну, хорошо, может, депутаты должны были хотя бы из моральных соображений согласиться на досрочные выборы? Как-никак две трети пришедших к урнам, проголосовали за это. Так ведь они и сделали это, назначив на февраль 1994 года досрочные выборы и депутатского корпуса и президента. Референдум, говорят ельцинисты, не высказался за досрочные выборы президента? А что, он разве запрещал это делать высшему органу власти в стране? С точки зрения как демократических процедур, так и желания разрешить кризис, в демократическом обществе, это был бы вполне логичный вариант. Но только не для тех, кто хочет удержать власть любой ценой.

4) Наконец, какой референдум говорил о роспуске Конституционного суда и вообще об отмене действующей конституции, что и было реализовано Ельциным в ходе этих событий?

 

     

Словом, никаких юридических оснований и никаких полномочий на разгон депутатского корпуса у президента Ельцина не было. Но правящую верхушку это совершенно не смущало.

Разумеется, на стороне Ельцина была и вся «мировая демократическая общественность», от руководства США до бывшего диссидента, а тогда президента Чехословакии Вацлава Гавела. Клинтон во время выступления на трибуне Генеральной Ассамблеи ООН 28 сентября заявил: «Мы видим, как всенародно избранный президент России Борис Ельцин смело ведет свою страну по пути демократии». Да, по пути «танковой демократии».

Т.е. мы получили наглядное подтверждение для наивных того, что буржуазная демократия глубоко плюет на собственные законы, когда нужно угодить интересам правящего класса. И идет на любые нарушения вплоть до государственных переворотов. Т.е. это его, господствующего класса, демократия. Ну а платные юристы, политологи, деятели «культуры» и т.д. как всегда на подхвате, всегда объяснят, что самое гнусное преступление, включая общегосударственный грабеж или массовые убийства являются благом и полностью оправданы. Только нам-то зачем эта демократия? И на каком основании власть требует от нас всегда подчиняться действующей конституции, принятой на крови с единственной целью разграбления государственной собственности. Что ж, вот мы и подошли к сути.

Теперь о сути

Суть того, за что боролись Ельцин и К, и почему она с таким бешенным упорством шла на любые преступления, уже мало для кого является тайной. Ее хорошо раскрывает Чубайс в своем знаменитом интервью на борту самолета, которое легко найти в Интернете, как в текстовом варианте, так и на видео:

«Что такое приватизация для нормального западного профессора, для какого-нибудь Джеффри Сакса? Который пять раз уже менял позицию по этому поводу, и докатился до того, что надо отменить приватизацию и начать все заново. Для него, в соответствие с западными учебниками, это классический экономический процесс, в ходе которого оптимизируются затраты на то, чтобы в максимальной степени эффективно разместить активы, переданные государством в частные руки. А мы знали, что каждый проданный завод – это гвоздь в крышку гроба коммунизма. Дорого ли, дешево, бесплатно, с приплатой – двадцатый вопрос, двадцатый! А первый вопрос один: каждый появившийся частный собственник в России – это необратимость… Точно так же как 1 сентября 92 года первым выданным ваучером мы выхватили буквально из рук у красных решение об остановке приватизации в России, точно так же каждым следующим шагом мы двигались ровно в том же направлении.

Приватизация в России до 97 года вообще не была экономическим процессом… Она решала главную задачу – остановить коммунизм. Эту задачу мы решили. Мы решили ее полностью. Мы решили ее с того момента, когда на выборах в 96 году Зюганов отказался от лозунга “национализации частной собственности”. Отказался не потому, что он полюбил частную собственность, а потому, что он понимал, что если хочешь власть в этой стране получить, безумие отнимать назад. У тебя самого отнимут так, что мало не покажется. Этим мы заставили его, независимо от его желания, играть по нашим правилам, ровно то, чего и надо было добиться. А для Сакса это дешево, можно было дороже, нужно было процедуры изменить. Мы решали другую задачу, и эту задачу решили».

Вот ради этого дележа собственности, чтобы обеспечить «необратимость» этого дележа и чтобы провести его «дешево, бесплатно, с приплатой», правящий класс готов был идти на любые преступления. Что это за класс и откуда он взялся? Верный вопрос, особенно в связи с демагогией о такой цели как «остановить коммунизм», на существование которого не претендовала даже бывшая КПССная номенклатура.

На вопрос кому это было выгодно, ответ тот же, что и на вопрос, почему распался СССР и начались «капиталистические реформы». Просто надо посмотреть на классовый состав СССР. Известное ленинское определение классов из «Великого почина»: «Классы – это такие группы людей, из которых одна может присваивать труд другой, благодаря различию их места в определенном укладе общественного хозяйства» (В.И. Ленин, ПСС, т.39, с.15). Именно партийно-государственная бюрократия СССР была тем классом в нашем государственно-капиталистическом обществе, которая «присваивала труд другой» части населения, точнее, его подавляющего большинства, «благодаря» своему «месту» в существовавшем «укладе общественного хозяйства». Как во всяком классовом обществе, где господствует бюрократия, ее члены стремятся стать частными собственниками. Так было в истории не раз в предыдущих социально-экономических формациях (прежде всего, на востоке). Так теперь произошло в СССР на этапе капиталистической формации.

Именно «советская» бюрократия осуществила т.н. «реформы», суть которых так красочно описал Чубайс. Никакой «коммунизм» ему и его подельникам останавливать нужды не было. В этом и причина и того напора, с которым проводились реформы, разваливался СССР, предавался анафеме каждый, кто противился приватизации, больше напоминавшей прямой грабеж. Разумеется, народные депутаты не могли не чувствовать давления снизу со стороны катастрофически нищавшего населения. Часть их начала оказывать сопротивление. Но те, кому нужна была чубайсовская «необратимость» ждать не моги. Как ранее они снесли горбачевский «центр», т.е. СССР, для ускорения приватизации, так теперь они снесли и Верховный Совет.

 

Арестованные милиционеры из охраны Верховного Совета

В СМИ, в газетах и на телевидении, поднялся страшный вой про «дегенератов» из Верховного Совета, которые «мешают проводить реформы». Они изображались и жуткими властолюбцами и кровавыми убийцами. Кое-кто предлагал поступить с ними как Пиночет. Особенно омерзительная кампания поднялась в ночь с 3 на 4-е октября. От «демократа» Явлинского до артистки Лии Ахеджаковой, проклиная «бандитов» и «убийц» Верховного Совета. Легендарными стали слова Ахеджаковой, с женской непосредственностью выплеснувшей в телеэкран суть действий ельцинской команды: «А где наша армия, почему она нас не защищает от этой проклятой конституции?!»

Т.е. была создана атмосфера массовой истерии, в которой можно было насильственно ликвидировать Верховный Совет, пытавший придать процессу приватизации не столь грабительский характер и приостановить стремительное обрушение экономики и попадание страны в тотальную зависимость от западного капитала. Никакие жертвы для этого не считались недопустимыми.

Кстати, роль иностранного влияния здесь не стоит недооценивать. Не потому, что мы хотим поддержать тут «русских патриотов». Факт есть факт: капитализм есть система пауков в банке, когда один ослаблен – другие налетают, чтобы разодрать его как добычу. Запад так и поступил с остатками СССР. Ельцин никогда бы не решился на кровавую баню, не получив одобрения «друга Билла». Разумеется, помощь была щедро оплачена. Ведь все «реформы» проводились под бдительным оком американских «советников».

Вот один из ярких примеров. Канадская “West East” комментирует статью известного американского специалиста по России Стивена Коэна «Новая “холодная война” Америки»:

«Все началось с правительства Клинтона, которое сочло Россию побежденным государством, не имеющим никакого права голоса…

Самую страшную ошибку, которую совершили горе-приватизаторы при понятном попустительстве американских “консультантов” – это распродажа оборонных предприятий по остаточной стоимости, так сказать “на вес”. При этом совершенно не учитывалось, что почти на всех заводах и научно-производственных объединениях имелись свои секретные лаборатории и конструкторские бюро, заваленные документацией “ноу-хау”, представлявшей в советское время острый интерес для западных разведок. Во время приватизации эта бесценная документация доставалась иностранным хозяевам бесплатно, как довесок к оборонным заводам. В 2003 году министр промышленности, науки и технологий Илья Клебанов с сожалением констатировал, что его министерство “вместе с Минимущества и независимыми оценщиками провели исследование по ряду частных оборонных предприятий и выяснили, что весь их капитал, станки, недвижимость и прочее составляют лишь десять-пятнадцать процентов от той суммы, которую это предприятие стоило бы вместе с интеллектуальной собственностью. Получилось, что оборонку продали по дешевке”.

Западные оружейные компании… организовали то, что я бы назвал “интеллектуальным мародерством” на развалинах российской экономики. Военные изобретения и технические новшества, найденные в сейфах купленных ими российских предприятий, немедленно переправлялись на Запад. Так, по данным экспертов из Роспатента, в США запатентованы российские разработки в области электронной, лазерной, волоконно-оптической техники. Только в 1992-2000 годах в США зарегистрировано более 1000 патентов на технологии военного и двойного назначения, где авторами являются российские изобретатели, а обладателями патентов и, следовательно, исключительных прав – иностранные юридические и физические лица». («Россию постоянно обманывали», ИноСМИ.Ru, 10.11,2006).

А теперь вспомни, читатель, сколько проклятий либеральная братия выливала и выливает на «предателей» большевиков за Брестский мир. Как в гражданскую, так и сейчас правящий буржуазный класс продавал и продает свою родину, заботясь исключительно о собственных интересах. Сейчас стало лучше? Но почему же тогда обещанный в ходе предвыборной агитации пересмотр приватизации был сразу же отменен после победы Путина? Собственность, проданная «на вес», так и осталась в руках нуворишей, даже если часть ее перешла к жуликам с другими фамилиями.

Есть различные свидетельства об участии иностранных военных (или т.н. «третьей силы») в событиях 3-4 октября, в частности в провокациях, когда выстрелом неизвестно откуда убивали военного со стороны президентской стороны. Следствие не доказало ни единого подобного выстрела со стороны защитников Дома Советов – например, выстрела, убившего офицера группы «Альфа», - что признает сам руководитель этой группы. К свидетельствам об участии иностранцев непосредственно в событиях следует относиться осторожно, поскольку исходят зачастую от правых националистов. Но, во всяком случае, дипломатическая и информационная поддержка со стороны Запада была полной. Теперь немножко о самих провокациях.

Провокации

Другой миф «демократов» - необходимость разгона «бандитов», которые «понаехали» со всей страны и занялись грабежами и убийствами.

Это полнейшее лицемерие. И не только потому, что никаких доказательств, что защитники Дома Советов причастны к каким-либо убийствам так и не было найдено. В течение всех дней после ельцинского указа власти жестоко разгоняли митинги и собрания в разных частях Москвы, вызывая все большую ярость протестующих.

2 октября вышел последний номер газеты «Правда» (потом она 2 месяца будет под запретом). Тот, у кого он сохранился, на первой странице в левом нижнем углу может прочитать небольшое сообщение от депутата от КПРФ Братищева. Поскольку газеты у меня нет под рукой, приведу цитату из Википедии об этом же событии: «Руководитель федерального информационного центра Михаил Полторанин и первый заместитель Министерства печати и информации Давид Цабрия провели всероссийское селекторное совещание, в котором приняли участие руководители государственных телекомпаний, главные редакторы крупных региональных изданий. Как сообщил народный депутат РФ Иван Братищев, Полторанин заявил, что надо с пониманием отнестись к тем мерам, которые Ельцин предпримет 4 октября».

Об этом же сообщила тогда и программа А. Невзорова «600 секунд», единственная оппозиционная программа, продолжавшая выходить в эфир. Непосредственно приведены слова Полторанина: «Нужны положительные отклики на политику президента. Необходимо помнить, что эта работа проводится в особых условиях. Имеется в виду, что кроме свободы слова есть еще вещи более важные. Поэтому прошу вас очень спокойно принять события, которые произойдут 4.10 93 года».

Предупреждение поступило уже 1-2 октября, а само совещание произошло 30 сентября. Т.е. за 3 дня до начала массовых столкновений и снятия демонстрантами оцепления Дома Советов. Провокация раскручивалась постепенно. Милиция и ОМОН продолжали избивать демонстрантов, пытавшихся собраться в разных частях города. А их число все увеличивалось.

За два дня до штурма из окрестных домов в принудительном порядке выселили жильцов. 3 октября сторонникам Верховного Совета разрешили провести митинг на Октябрьской площади. Но когда там собралось около 10 тысяч человек, на митингующих набросился ОМОН, начав избивать их дубинками. Началась потасовка, потом милицейское оцепление «дрогнуло» и расступилось. Толпа возмущенных демонстрантов пошла к Дому Советов. После чего силы правопорядка просто исчезли из прилегающих районов Москвы.

Дальше - больше. Пока толпа ликовала у стен Дома Советов, по ней был открыт огонь со здания находящейся рядом мэрии. По приказу Руцкого мэрия была взята. Легко, стрелявшие исчезли в неизвестном направлении. После чего тот же Руцкой приказал взять телецентр «Останкино», что само по себе сомнительно. Но главное не в этом. Так или иначе, представители Верховного Совета не собирались там открывать стрельбу. Интересно другое: наготове для «штурмующих» вдруг оказались заправленные грузовики – садись и езжай. В Останкино была отключена вся аппаратура, так что даже в случае «взятия» им нельзя было воспользоваться, и представители Верховного Совета не смогли бы выйти в эфир. Когда они прибыли в Останкино, оно уже было занято подразделением «Витязь», вооруженным до зубов и державшим под прицелом подошедшую толпу, почти полностью безоружную (вооруженных было 18 человек). По признанию самого командира, если бы толпа ворвалась в здание, «Витязь» ничего не смог бы сделать – его бы просто оттеснили. Нужен был повод для открытия стрельбы. До сих пор не выяснено, кто же произвел первый выстрел. Установлено только, что граната, выпущенная из гранатомета со стороны осаждавших, в здание не попала. Кто же тогда убил солдата «Витязя»? Так или иначе, после этого выстрела мгновенно (т.е. когда еще не могли знать о гибели солдата) был открыт ураганный огонь по толпе. В результате было убито около 40 человек. В том числе британский журналист Рори Пек, чья кинокамера могла бы прояснить реальный ход событий. Ельцин «компенсировал» потерю, посмертно наградив его орденом «За личное мужество». Словом, есть все основания утверждать, что команда Ельцина намеренно накаляла обстановку и устраивала провокационную стрельбу против обеих сторон, чтобы а) иметь «оправдание» для расстрела; б) привести в ярость солдат, которые «отомстили» бы за гибель своего товарища.

 

   

Все больше теряя поддержку населения в ходе противостояния, команде Ельцина нужен был формальный повод, чтобы представить защитников Верховного Совета бандитами и убийцами и подавить их вооруженным путем.

Миф о защите Советской власти

Защитники Дома Советов проявили в эти дни немало мужества, но понимали ли они, что защищают? В их рядах преобладали красные знамена, выводившие из себя новоявленного президента Руцкого. Сторонники путчистов, наоборот, радовались «свержению Советской власти». Но это не более чем миф. Советы, органы власти пролетариата, избирающиеся по производственному принципу от трудовых коллективов, были юридически ликвидированы еще сталинской конституцией 1936 года.

Вот что писал Л. Троцкий по поводу той системы власти, которую устанавливала та конституция: «…возвращение от советской системы выборов, по классовым и производственным группировкам, к системе буржуазной демократии … Дело идет… о юридической ликвидации диктатуры пролетариата… Правда, после некоторых колебаний реформаторы решили по-прежнему именовать государство советским. Но это лишь грубая политическая подстановка, продиктованная теми же соображениями, в силу которых империя Наполеона продолжала именоваться республикой. Советы, по самой сути своей, суть органы классового государства и не могут быть ничем иным. Демократически выбранные органы местного самоуправления суть муниципалитеты, думы, земства, все, что угодно, но не советы. Общегосударственное за­конодательное учреждение на основе демократической формулы есть запоз­далый парламент (вернее – его карикатура), но ни в коем случае не вер­ховный орган советов» (Л. Троцкий «Преданная революция», НИИ культуры, М., 1991, стр. 216-217).

Хорошо о сути советской системы писал в 1919г. Н.И. Бухарин: «Связь между политикой и экономикой, между “управлением над людьми” и “управлением над вещами” выражается не только в максимально тесной кооперации между политическими и экономическими организациями масс, но и в том, что даже выборы в Советы производятся не по чисто искусственным территориальным округам, а по данным производственным единицам: фабрикам, заводам, рудникам, селам, на местах работы и борьбы. Таким образом достигается постоянная живая связь между коллегией представителей, «рабочих депутатов», и теми, кто их посылает, т.е. самой массой, сплоченной общими трудовыми усилиями, сконцентрированной самой техникой крупного производства» (Н.И. Бухарин «Избранные произведения», Политиздат, М., 1988, стр. 22).

В 1993 г. никаких Советов не было, ни революционных, ни даже соглашательских, типа эсеро-меньшевистских Советов весны-лета 1917 года. Под портретами Сталина, уничтожившего Советы, активисты Трудовой России сражались за парламент, за своего рода аналог Учредилки 1918 года.

Действительно, народные депутаты 1990-93 годов во многом напоминают правоэсеровских депутатов того Учредительного собрания. Наивно, порой искренне, веря в «правильную» демократию, которая обеспечит реальное равноправие и благополучие всех граждан, они были не в состоянии понять, что в политике реализуем только тот сценарий, который отвечает интересам того или иного класса. Либо это класс наемных работников – пролетариат, либо – буржуазия. Верховный Совет выбрал своим лидером Ельцина, одобрил его меры на подрыв политического и экономического единства СССР, парализовав, например, бюджет СССР на 1991 год и переводя в массовом порядке союзные предприятия под юрисдикцию России. Он же одобрил Беловежские соглашения о ликвидации СССР. Наконец, он же приступил и к процессу приватизации. И был хорошим, пока все это делал. Но он сразу стал «плохим», когда начал пытаться ввести этот процесс в «разумные» рамки. Тот класс, для которого это делалось, «торможения» не принял. Благие пожелания, как в свое время и благие пожелания Учредительного Собрания, разбились о классовый интерес буржуазии, которая использовала оба парламента лишь как переходную ступень к своему полновластию. Но большевиков, способных противостоять ей, в 1993 году не оказалось. А потому защитники конституции были обречены на поражение. Буржуазным интересам ельцинизма можно противопоставить только классовые интересы организованного (!) пролетариата.

 

      

Так же как эсеро-меньшевистские вожди Учредилки 1918 года прокладывали путь колчаковской диктатуре, так и вожди российского Верховного Совета 1990-93 годов прокладывали путь диктатуре Ельцина. Последний оказался достойным продолжателем Колчака, как по своей жестокости, так и по продажности иностранному капиталу. Во втором, даже превзошел. И по-другому быть не может – это прямое следствие классовых интересов, ради которых буржуазия пойдет на услужение кому угодно, в том числе и иностранному капиталу.

Только наличие самостоятельного классового движения пролетариата может изменить ситуацию. По простой причине других интересов. Это буржуазии для спасения своих привилегии против собственного народа надо звать на помощь буржуазию других стран, которая тоже на первое место ставит уже свои интересы. Пролетариат же стремится опираться на солидарность таких же пролетариев, которым не нужны ни эксплуатация других народов, ни границы.

Юрий Назаренко.

     

Расскажите своим друзьям